Государство хочет отдать Церкви Соловецкие острова. Жители боятся, что будут проданы вместе с землёй как крепостные крестьяне при царе.

В Белом море вблизи Полярного круга находятся Соловецкие острова. Их жителей (от 600 до 800 человек) обеспокоила информация, что государство намерено передать этот небольшой архипелаг Церкви, а именно монастырю, который находится на самом большом острове. О таких намерениях объявил Михаил Швыдкой, руководитель Федерального Агентства по Культуре и Кинематографии. Он добавил, что, по его мнению, «следует всем конфессиям отдать то, что им принадлежало». Откуда мы это знаем? 

Жителей островов это намерение не приводит в восторг. «А что с нами? Будут нас выселять?» – сердится Виктория, жительница Соловков, студентка университета в Архангельске. Архангельск – это центр области и единственный университетский город в радиусе почти 1000 км. Но, несмотря на это, Виктория хочет после учёбы вернуться на свои острова. Аналогичным образом действуют её коллеги. Вопрос в том, будет ли к чему вернуться. Директор Соловецкого музея, Михаил Лопаткин, непосредственно заявляет, что это потянет за собой ликвидацию учреждения, и, вероятно, утрату или рассеивание коллекции. «Мы заинтересованы, чтобы развивались и музей, и монастырь. У них своя миссия, у нас своя. А теперь люди кипятятся, приходят ко мне с вопросами, не будут ли проданы вместе с землёй как крепостные крестьяне при царе».

Гулаг в монастыре 

Соловецкие острова, или, в просторечии, Соловки, находятся на краю света. В середине Белого моря, покрывающегося льдом на несколько месяцев в году, в отдалении около 200 км от ближайшего материка. Один большой остров, два средних, несколько малых и несколько совсем маленьких островков. На полгода их покрывает снег. В декабре день продолжается только два часа, остальные 22 часа темно. К этому ещё надо добавить порывистый холодный ветер, дующий из ледяной пустыни, в которую на полгода преображается море. Летом до них ходят суда и небольшие частные лодки, зимой единственным транспортным средством связи с материком является самолёт. Летает ежедневно в Архангельск и обратно, если погода позволяет, что здесь, около полярного круга, не так очевидно.

На самом большом острове в 15 веке был основан монастырь. В течение веков он был форпостом России на Дальнем Севере. Бывал крепостью (до сегодняшнего дня сохранились массивные стены), часто также тюрьмой. Провёл в нём более десяти лет последний атаман свободного казачества (Запорожской Сечи) – Пётр Калнышевский. Монахи несколько сот лет управляли островами, создав из них значительный культурный и экономический центр в этом негостеприимном районе. Но времена изменились, имущество захватило государство, а после Октябрьской революции новая власть ликвидировала монастырь. В его зданиях был учреждён лагерь (СЛОН – Соловецкий лагерь особого назначения), первый в СССР, образец для позднейшего ГУЛага. Монахов заключили под стражу, кроме одного, который обслуживал маяк, размещённый в куполе одной из церквей. Во время Второй мировой войны лагерь был устранён, во владение монастырём вступила морская школа, а другие оставшиеся от лагеря здания заселило население с материка. Так образовался Соловецкий посёлок, который со временем увеличился до около 1000 человек, достигнув статуса района, то есть местного повята.

Работа для всех

В 60-тых годах начали, наконец, ценить культурное значение и ценность природы Соловков. Закрыли морскую школу, а из монастыря вместе со всеми островами сделали один большой музей государственного ранга. Итак, в 1967 г. был образован музей-заповедник «Соловецкие острова», который охватывает весь архипелаг. Последние десятилетия проходили под знаком музея, научных исследований и трудного восстановления природы, уничтоженной во времена лагеря.

Для жителей островов-музея это не только ограничения, вытекающие из статуса резервата (напр. проверка рыболовства, впрочем, обычно очень поверхностная, или запрет подплывать к некоторым маленьким островам). Это, прежде всего, самый важный работодатель, охватывающий почти 200 жителей посёлка. Чуть ли не половина трудоспособных жителей – это сотрудники музея. Остальным дают работу небольшая дизельная электростанция, бывшая монастырская пекарная, несколько магазинов, кое-какие гостиницы и школа. И это почти всё, если не считать администрации и аналога нашего домоуправления.

В течение десяти лет были созданы более чем 100 рабочих мест для местного населения. В результате Соловки не знают, что такое безработица. Жители почти полностью идентифицируют себя именно с музеем, в каждой семье кто-нибудь с ним связан. Неудивительно, что его судьба здесь всех очень интересует. Музей располагает огромным имуществом, ежегодные дотации из федерального бюджета составляют приблизительно 100 миллионов рублей, кроме того, есть гранты, туризм, доходы от различных фондов, от исследований. Об общих доходах никто не хочет говорить, но из высказываний директора музея следует, что сумму составляют приблизительно полмиллиарда рублей. Другое дело, что расходы тоже огромные, а львиную долю поглощает консервация.

Рейс под монашеским флагом

Вслед за перестройкой на Соловках появились также и монахи. Жители приняли их тепло, считая, что возвращение монастыря даст островам новый стимул развития. В 1990 году на Соловках официально создали орденскую общину. Было согласовано, что она вступит во владение половиной монастырских сооружений и находящейся на её территории церкви. Из коллекции музея монахи приняли целый ряд движимых памятников, например, колокола. Музей взял на себя устройство помещений для монахов и подготовку церкви к религиозным целям. Остальные объекты, а прежде всего острова, остались в распоряжении музея. Имущество монахов увеличивалось быстро – гранты, пожертвования (например, судно для перевоза паломников купленное Александром Солженицыным) доходы от паломничества. Монастырь быстро восстанавливал значение, которое он имел в царские времена.

Богатство монастыря росло, росли также и его ожидания. Особенно, когда в 1992 г. наместником общины был назначен архимандрит Иосиф. Монахи начали требовать участия в прибылях от туризма, ведь Соловки являются самым привлекательным местом на российском севере. В течение года музей посещают более чем 20 тыс. человек не только из России, но и едва ли не со всего мира. Посещение Соловков происходит только в рамках музея – следует покупать на месте продолжающуюся несколько часов или целый день экскурсию на определенный объект или место. Иногда она сочетается с короткой поездкой на соседний остров. Стоимость таких экскурсии находится на уровне 300-700 рублей на человека (1 злотый это около 10 рублей). Особая группа – это паломники, их количество определяется в 35-40 тысяч в год. И, наконец, приезжие, не только посещающие родственников и знакомых, но и официальные гости. В целом в каждый год на Соловках появляется около 70 тысяч человек. Главным образом в летнем сезоне, чему способствуют белые ночи, продолжающиеся здесь целых три месяца. 

Однако доходы с туризма это не только экскурсии, ночёвки и питание туристов. Это также сам проезд – на самолёте или судне. Перелёты обслуживаются региональными воздушными линиями, но морские пути постепенно перенимает монастырь. Кроме судов музея и частных лодок, курсируют уже и монастырские суда. Сначала они перевозили исключительно паломников, теперь никто этого не проверяет. Билет на судно – это около 500 рублей. Так как большинство приезжих использует морской путь, игра стоит свеч.

Соблюдение поста по обязанности

После нескольких лет относительно спокойного сосуществования начались между монастырём и музеем и жителями Соловков разногласия. В 1999 г. на острове Анзер (второй по величине) монахи нашли человеческие останки, по их мнению, мощи воронежского архиепископа Петра, святого мученика Соловецкого лагеря. В результате различных видов деятельности они фактически захватили остров из рук музея. Переехали туда несколько монахов, создавая пустынь Соловецкого монастыря. Кроме них там никто не живёт. Можно его посещать, но только с благословения архимандрита монастыря. «Как его получить? Платишь 1000 рублей и получаешь благословение», – улыбается Виктория. 

«Да, не получилось у нас сотрудничество с монахами, – заметил один из старых сотрудников музея. – Должно быть хорошо, а получилось скверно». Орден создал на островах нечто вроде государства в государстве. Построил собственную электростанцию, именно поэтому практически не зависит от местной администрации. Влияние местной власти значительно уменьшилось, когда несколько лет назад Соловки потеряли свой ранг района, став простым посёлком. На территории монастыря находится единственная на архипелаге работающая пекарня. Кроме того, монахи начали регулировать по своему жизнь обитателей. 

«Если у них постничество (а в православии посты соблюдаются многократно в разное время года – зам. автора), тогда у нас в посёлке мы должны соблюдать тишину. Ни в коем случае – дискотека, бал или другие развлечения. Даже на прилавках в это время и по пятницам нет мяса, – рассказывает Виктория. – Конечно, они сторожат более поведение жителей, чем свое». 

«А сами они – лучше не говорить. Разрушают джипами и другими шикарными автомобилями наши грунтовые дороги», – добавляет Сергей, работник электростанции. «Типичные „аскеты“, – улыбается под усами. – Однажды пришел ко мне один такой монах и хотел, чтобы его провезли на Заячий остров (один из небольших островов архипелага, заповедник – зам. автора). Как и подобает аскету, он был с бабой. Я перевез их. Развлекались там так страстно, что когда мы возвращались, оставили в лодке ключи от этого своего джипа».

Жители Соловков много рассказывают о пьянстве монахов. Некоторых уже несколько раз выносили из кабака на глазах местных. Конечно, по-человечески, это случается со многими, однако трудно сохранять авторитет при таком поведении, в сочетании с требовательностью по отношению к остальному населению.

Монахи приступают к выборам

Существовавшие до сих пор трения между орденом и местной властью окончились своего рода ничьей. Мэр Соловков подал в отставку, так как ему надоело. «Архимандрит Иосиф, в отличие от этого, в ходе недавнего визита Патриарха Кирилла на Соловки, пожаловался в местные органы власти – рассказывает Виктория. – Но патриарх молодец, не поверил и уволил Иосифа».

Действительно, в сентябре уже появился новый, по имени Порфирий. Сначала он только выполнял обязанности, но вскоре получил официальное выдвижение и был назначен архимандритом. Жители поселка, хотя и удовлетворены удалением Иосифа после 17 лет, беспокоятся. В октябре состоялись выборы мэра. Участвовать в них имеют право только лица, прописанные на Соловках. Учитывая, что некоторые соловчане пребывают на материке, не каждый мог принять участие в выборах. Между тем, монахи выставили своего кандидата. Их самих формально немного, около 30. Но за несколько недель до выборов на острова приехали монахи из разных регионов России и прописались в монастыре в качестве его членов, со всеми правами жителей Соловецких островов. По словам Виктории, до дня выборов могло их собраться даже до 300. Несмотря на всё, светский кандидат – директор музея Михаил Лопаткин, получил более 60% голосов. Проголосовали за него почти все гражданские соловчане.

Радость жителей длилась недолго. В связи с принятием должности мэра Михаил Лопаткин был вынужден покинуть пост директора музея. На его место в ноябре 2009 г. министр культуры России назначил... архимандрита Порфирия, который на этот раз является гражданским лицом, то есть был назначен как Владимир Шутов. Не удалось путём законных выборов, воспользовались менее официальными контактами с властями. Соловчане сильно уязвлены – они рассчитывали, что участием в выборах ясно показали государству, что они не хотят слишком тесной связи с монастырем. Между тем монахи вдвинулись окольным путем. Новая ситуация поставила под большой знак вопроса существовавшее до сих пор гармоничное сотрудничество между музеем и администрацией. Какой будет судьба Соловецких островов в дальнейшем – останутся ли они домом для своих жителей, или перейдут во владение Церкви?