"Инофорум: слушаем мир, отвечаем миру"
©StatisRF
ИноФорум

9 Августа 2016

Ленинская русофобия и её последствия сегодня

Ленинская русофобия и её последствия сегодня


Польша

Бронислав Лаговски

Ленинская русофобия и её последствия сегодня

В политике польских правительств по отношению к России, безусловно, есть элемент рационального расчёта, но он весит очень мало по сравнению с тем, что мы называем русофобию, состоянием ума, напоминающим сознание первичного племенного сообщества. Она служит, скорее, укреплению единства, чем просвещению, не подвергается критическому рассуждению, увеличивает панику, когда она появляется, или поднимает боевое настроение, когда опасности не видно. Мы, конечно, не являемся в полной мере первичным племенным сообществом, но обществом разнообразным, которое в значительной своей части привыкло мыслить в абстрактных категориях, а русофобия присутствует также в виде политического мировоззрения, которое систематизирует всю информацию, относящуюся к России, сводя её до основного тезиса. Основным источником русофобии – в этом нет сомнения – является реальная история, особенно период нескольких десятков послевоенных лет, когда советская Россия владела Польшей с помощью коммунизма. Следовало бы объяснить, почему русофобия усиливается по мере того, как мы отдаляемся от этого периода. Эти причины тривиальны, стоит только отметить обостряющийся конфликт между Соединёнными Штатами и Россией, в котором поляки хотят участвовать на стороне Америки, как когда-то присоединились с энтузиазмом к походу Наполеона на Россию.

Основное содержание русофобского мировоззрения было выражено в торжественной и пламенной форме через поэтов-романтиков, особенно Мицкевича. Более радикальный был Зыгмунт Красинский, который к ненависти племенной добавил ещё предсказания о коммунизме в качестве направления действий России (что очень удивляло студентов, когда об этом они узнавали во времена ПНР), но с точки зрения силы слова, он не может сравниться с Мицкевичем, как, впрочем, и никто не может. Кто ходил в школу, помнит содержание или, по крайней мере, чувство ненависти, которым была пронизана его патриотическая поэзия, «Дзяды» и даже евангельски стилизованные «Книги польского народа и польского пилигримства», которые папа Григорий XVI назвал «плодом полным гнева и безрассудства». О Царстве Польском со времён Александра I, которое было одним из более либеральных стран в Европе, где было польское войско, польская система образования, избираемый Сейм, польская администрация и развивающаяся экономика, Мицкевич пишет в предисловии к третьей части «Дзядов»: «Вся администрация была создана, как одна большая пытка поляков, в которой главную роль играли царевич Константин и сенатор Новосильцев».

Мицкевич знал, что его труды могут не понравиться также российским оппозиционерам, с которыми он подружился во время пребывания в России, поэтому свою полную лицемерия строку «Моим друзьям-москалям» заканчивает подло: «А если кто из вас станет упрекать меня, то его упрек покажется мне лаем пса, который так привык к терпеливо и долго носимой цепи, что кусает руку, ее разрывающую». (перевод Н. П. Огарева.) Интересно, что то, что Мицкевич писал о России, шло полностью вразрез с тем, что он там лично пережил. В мифологизированном и чрезвычайно преувеличенным деле преследования филоматов и филаретов, под следствием находилось чуть более 100 человек, а к тюрьме (12 и 6 месяцев) приговорили двух человек. Учебники истории сообщают, что остальные «двадцать были сосланные в глубь России». Этой «ссылке в глубь», стоит уделить несколько предложений. Они могли для поселения выбрать любой город и добиваться работы в любом государственном учреждении. Были тогда два высшее учебные заведения с самым высоким уровнем и самые известные: одно в Царском Селе, второе в Одессе, основанное герцогом Ришелье. Министр образования Шишков направил Мицкевича именно в Ришельевский лицей в качестве профессора, несмотря на то, что его профессиональная пригодность оставляла желать лучшего. Как раз тогда не было свободной ставки, но несмотря на это, Мицкевич жил и кормился за счёт лицея. Он добивался поста в столице и этот фактический или мнимый заговорщик, «ссыльный», только потому не стал чиновником в архивах Министерства иностранных дел, что зарплата там была очень низкая. Его произведения «Конрад Валленрод» и другие появлялись в печатном виде и обсуждались с большими похвалами в польскоязычной прессе. Московские салоны и литературные круги встречали его с доброжелательностью. Сенатор Новосильцев прочитал «Конрада Валленрода» и составил отчёт для царя, подчеркнув, что, хотя поэма имеет аморальный смысл - одобряет предательство - и цензура не должна допускать публикации, но о каком-либо наказании автора не может быть и речи. Царь этим не заинтересовался, но по его поручению была создана комиссия из трёх человек, состоявшая только из сторонников Мицкевича, не удивительно, что оценка была похвальная.

За поэтом во время пребывания в Одессе и в Крыму, якобы, следили, но, пожалуйста, будьте осторожны со словом «слежка». Сам бы хотел, чтобы так за мной шпионили. Тайной агенткой была красивая графиня Каролина Собанская, кстати, любовница Мицкевича. Об этом тоже стоит помнить, смотря на «Дзяды» в театре.
Произведения Мицкевича с их антироссийским содержанием никогда не были так массово читаемы, как в период ПНР, когда они были обязательны для чтения во всей системе образования, при чём система образования никогда раньше не была настолько массовой и не длилась так долго. Нужно ответить себе на вопрос, почему русские и польские коммунисты на это соглашались. Как известно, последние, если не все, но в значительной части, не имели бы ничего против того, чтобы Польша была включена в Советский Союз на правах Украины или Белоруссии. Не таков, однако, был план Сталина; он навязал польским коммунистам патриотизм, начиная от названия Союза польских патриотов. Не согласился на изменение гимна, и я полагаю, что орёл в короне также ему бы не мешал. Здесь необходимо обратиться к иностранной учёной литературе, чтобы немного объяснить одну вещь, потому что польские авторы, как в делах российских, так и советских, недостоверны. Элен Каррер д’Анкосс пишет в книге «L’Empire d’Eurasie. Une histoire de la Russie de 1552 à nos jours» (Евразийская империя. История Российской империи с 1552 года до наших дней), что советская власть в начале своего царствования сделала поразительный акт «покаяния» в отношении к нациям и народностям, завоёванным Российской империей.

Сегодня мы привыкли к таким актам «покаяния» бывших колониальных государств по отношении к своим бывшим подданным, но начало положили российские коммунисты. Большевики тотально осудили историю дореволюционной России. Если царская Россия была абсолютным злом, то угнетаемые неё народы по праву поднимали бунты и их восстания были правыми. Тем бунтующимся народам следует дать удовлетворение, и оказать почёт их героям. К этому пересмотру истории и «покаянию» призывал, прежде всего, Ленин, который, как известно – упрекнул Дзержинского и Сталина, что, как нерусские тоже хотят быть русскими и принимают российскую точку зрения.

Большевистское «покаяние» должно было служить интеграции народов внутри Советского Союза и содействовать общесоветскому патриотизму, но на самом деле привело к укреплению национального самосознания нерусских, а в последствии к национализмам меньшинств и распада СССР. По инспирации, а иногда по приказу Ленина, границы республик были определёны в ущерб русским. Сегодня необандеровская Украина скорее предпочла бы войну с Россией, чем позволила бы отобрать территории, предоставленные ей «раскаявшимися» большевиками, Лениным, Сталиным и Хрущёвым.

В период подготовки к войне, и особенно во время Отечественной войны, Сталин исправил нигилистические осуждение всей истории России и началась реабилитация Российской империи. Но в Польше после войны, Советский Союз использовал большевистскую схему «покаяния» за вред, нанесённый нам царской Россией; повстанческое течение было повышено до уровня, на который поставила его романтическая поэзия. Примирительные тенденции, консервативные, были в польской политике в коммунистическую эпоху осуждены, отсюда и получилось комичное явление, что «антикоммунисты», особенно молодого поколения, принимают консерватизм как декорум, а занимаются политикой как радикальные анархисты, апологеты восстаний.

Период ПНР характеризовался идеологическим двоевластием: с одной стороны «дружба» с Советским Союзом и подражание его строя, с другой стороны систематическое поддержание антироссийской повстанческой традиции. После распада СССР осталась только монополия русофобской повстанческой идеологии.

Оригинал статьи: http://www.tygodnikprzeglad.pl/leninowska-rusofobia-dzisiejsze-skutki/
Переводчик: Aleksander Ludwik

Редактор: Alika

Обсудить на форуме: http://inoforum.ru/forum/messages/forum8/topic614/message72051/?result=new#message72051

Короткая ссылка на новость: http://inoforum.ru/~qUqIn



Комментарии:
(Вы должны быть авторизованы для написания комментариев)