В чём сегодня самый главный источник разногласий между Россией и Западом? Это не проблемы, чаще всего упоминаемые в новостях — Иран или Афганистан. Это оспариваемые окрестности Европы: будущее стран, находящихся между восточной границей НАТО и Европейского Союза и западной границей России. В то время как Запад и Россия ещё ведут переговоры о коллективной безопасности в Европе, в этих регионах возобновляется геополитическая конкуренция за влияние.

Россия сегодня открыто предъявляет права на сферу интересов у своих границ — в прямом противоречии с обязательствами, принятыми в рамках Хельсинкского процесса. Это охватывает политику и военную доктрину, в которой НАТО занимает место главной внешней военной угрозы, и в которой оправдывается право вмешательства в соседние страны. Упакованное в мягкую дипломатическую риторику, новое предложение президента Дмитрия Медведева по панъевропейской безопасности, тем не менее, содержит не очень скрываемое намерение — остановить и снизить до прежнего уровня западное влияние.

Вместо того чтобы идти в 21 век, Россия, видимо, полна решимости вернуться к стратегическому мышлению века 19-го. Учитывая, что в центре внимания американской администрации Барака Обамы находятся Афганистан и Иран, Кремль надеется, что Запад, нуждаясь в сотрудничестве с ним, согласится с его притязаниями.

И это не только слова. Восемнадцать месяцев назад в Европе имела место война между Россией и Грузией. Это была маленькая война, но она породила большие вопросы. Это было борьба не за будущий статус отколовшихся грузинских регионов Абхазии и Южной Осетии, которые поддерживала Россия (хотя и эта причина конфликта существовала). Нет, первопричиной конфликта было желание Грузии присоединиться к Западу и решимость России это предотвратить.

Многие дипломаты предпочли бы забыть эту войну или замять данную тему, но ни одно из лежащих в её основе противоречий не было разрешено. Не видно какого-либо стабильного решения для Абхазии и Южной Осетии. Россия не отказалась от цели сломить стремление Грузии сближаться с Западом. Нестабильность и сепаратизм растут на северном Кавказе, делая обширную область всё более неустойчивой.

В конце января администрация Обамы обнародовала своё первое подтверждение стратегии расширения демократии, которой руководствовалось западное мышление со времени разрушения Железного занавеса 20 лет назад. Выступая в Париже, госсекретарь Хиллари Клинтон напомнила нам, что расширение НАТО и Европейского Союза создавали беспрецедентную степень стабильности и безопасности в восточной части континента, что Россия также выиграла от этой стабильности, и что чрезвычайно важно, чтобы дверь в Европу оставалась открытой для дальнейшего расширения.

Но как насчёт стран, которые находятся «между» — например, таких как Украина и Грузия? Украина только что выбрала своим президентом Виктора Януковича, который вряд ли будет следовать повестке интеграции в НАТО, а если он выполнит свои обещания вступить в таможенный союз с Россией, Беларусью и Казахстаном, членство в ЕС будет исключено. Но это не значит, что противоречия с Россией автоматически исчезнут.

Несмотря на победу Януковича, Украина — это страна, которая становится более европейской и постепенно уходит с российской орбиты собственным хаотическим путём. Независимо от того, нравится или не нравится грузинам президент Михаил Саакашвили, они тоже хотят идти на Запад. Поэтому попытки России заставить эти страны повиноваться, вероятно, будут продолжаться и останутся причиной раздора и конфликта.

А какова политика Запада? В действительности, у Запада сегодня больше нет основополагающей стратегии по отношению к Востоку. Моральное и стратегическое видение 1990-х исчерпало себя и пришло к удручающей нерешительности после шока российско-грузинской войны и недавних украинских выборов. Столь желанные недавние слова Клинтон были о необходимости защитить право стран решать собственную судьбу, и в Европе не надо далеко ходить, чтобы услышать толки, что разумным компромиссом для стран, подобных Украине и Грузии, была бы некая разновидность новой «финляндизации».

Для Запада настало время открыто обсудить, что является его стратегией, а что — нет. Двадцать лет назад Запад отказался от «сфер влияния в Европе», потому что кровавая история Европы научила нас, что принуждать одни нации против их желания присоединяться к другим — неправильно, и это верный путь для будущих конфликтов.

Если мы сегодня ещё в это верим, нам необходимо обновить моральное и стратегическое видение для таких стран и подкрепить его реальной стратегией. Нам необходимо уяснить, что Москва имеет право на безопасность, но у неё нет права вмешиваться в дела своих соседей, свергать их правительства или отказывать им в собственных внешнеполитических стремлениях.

Обама прав, пытаясь перезагрузить отношения с Кремлем и привлечь ревизионистскую Россию. Но нам нужно действовать, зная, в чем заключается наша стратегия по этому ключевому вопросу. Поскольку Соединённые Штаты и Россия приближаются к новому договору по контролю над вооружениями, настало время поставить вопрос о том, как нам быть с оспариваемыми окрестностями Европы.

Рональд Асмус, исполнительный директор Трансатлантического центра Германского фонда Маршалла США в Брюсселе, автор книги «Маленькая война, которая потрясла мир: Россия, Грузия и будущее Запада».